детьми. У входа  Дарсли  купили Дадли и Пирсу по огромной порции шоколадного

мороженого, и, так  как веселая  дама за  прилавком  спросила Гарри, что ему

хочется, прежде чем  его успели оттащить, то и ему  купили  дешевое лимонное

эскимо. И  оно было совсем недурно,  думал  Гарри, облизывая его  и глядя на

гориллу, которая скребла у себя в голове и выглядела совсем как Дадли, разве

что не была блондином.

     Гарри провел лучшее за долгое время утро. Он был достаточно  осторожен,

чтобы  держаться на  расстоянии  от Дадли и Пирса, которым  ко времени ланча

поднадоели звери, и они снова вернулись к любимой забаве -- донимать  Гарри.

Они  поели  в кафе при зоопарке, где Дадли закатил истерику из-за того,  что

его  супер-дупер-гамбургер был недостаточно  велик, дядюшка Вернон купил ему

другой, а Гарри позволили доесть первый.

     Гарри  смутно  чувствовал,  что все  слишком  хорошо, чтобы  так было и

дальше.

     После ланча они направились в террариум. Там было темно и  прохладно, а

вдоль  всех  стен  светились  окошки. Всевозможные ящерицы и  змеи  лазали и

ползали  за стеклами  среди веток и обломков  камней. Дадли и  Пирс захотели

посмотреть  огромных  ядовитых  кобр  и толстых могучих  питонов,  способных

раздавить человека. Дадли быстро обнаружил  самую большую змею в террариуме.

Она  могла  бы дважды обмотаться вокруг машины дяди Вернона и раздавить ее в

порошок -- но, похоже,  в данный момент была не в настроении. Строго говоря,

она спала.

     Дадли стоял, расплющив нос об стекло, и пялился на блестящие коричневые

кольца.

     -- Заставь ее пошевелиться, --  велел  он отцу. Дядя Вернон забарабанил

пальцами по стеклу, но змея не шелохнулась.

     --  Давай  еще, -- велел Дадли.  Дядя  Вернон  настойчивее постучал  по

стеклу костяшками, но змея продолжала дремать.

     -- Скукотища, -- пожаловался Дадли. Он потащился дальше.

     Гарри подвинулся  ближе к стеклу и внимательно посмотрел на змею. Он не

удивился  бы, если бы та сама  померла  от  скуки -- никакой компании, кроме

тупых людей,  долбящих по стеклу пальцами, целый день не  давая покоя.  Даже

хуже, чем в чулане, где единственный посетитель -- тетя Петуния, ломящаяся в

дверь с  криком: "Пора  вставать!" -- по  крайней  мере, оттуда  хоть  выйти

можно.

     Змея   вдруг  открыла  маленькие   и  блестящие,  как  бусины,   глаза.

Медленно-медленно подняла голову  так, что ее глаза оказались на уровне глаз

Гарри.

     И подмигнула ему.

     Гарри  остолбенел.  Он  быстро  обернулся,  не видит ли кто-нибудь еще.

Никого не было. Снова посмотрел на змею и тоже подмигнул ей.

     Змея  качнула головой в сторону дяди Вернона и Дадли  и возвела глаза к

потолку. Ее взгляд отчетливо выражал: "И вот так постоянно".

     "Понимаю", -- пробормотал Гарри  через стекло,  хотя не был уверен, что

змея услышит его. "Это, наверное, страшно утомляет".

     Змея энергично закивала.

     -- Кстати, ты откуда? -- спросил Гарри.

     Змея протянула  хвост к небольшой табличке на  стекле.  Гарри уставился

туда.

     Боа-констриктор, Бразилия.

     -- Там хорошо?

     Боа-констриктор снова протянул  свой хвост к  табличке, и Гарри прочел:

Данный  экземпляр  родился в зоопарке.  "А,  понятно --  так  ты  не бывал в